• Ленско-Колымский отряд (1735-1742)

  • Back
01.09.2022 by 

Проект для 2-ой Камчатской экспедиции был предложен Витусом Берингом практически сразу после завершения 1-ой. Помимо путешествия к американскому и японскому прибережью, Беринг поставил ещё одну задачу – освоение побережья Северного океана в Сибири. По инициативе обер-секретаря Сената И.К. Кириллова и президента Адмиралтейств-коллегии Н.Ф. Головина предложение было немного переделано: главной целью определено изучение севера Восточной Европы и Азии. В 1732 г. указание о начале экспедиции было принято. Ленско-Колымский отряд Лассниуса-Лаптева обследовал часть берега Северного океана от реки Анадырь до дельты реки Лены.

Список отрядов

Каждый экспедиционный отряд практически сам являлся конкретной экспедицией. Были следующие морские отряды (по обратному направлению – с востока на запад):

  1. Двино-Обский отряд Муравьёва изучал территорию от Обской до Печорской губы;
  2. Обско-Енисейский отряд Овцына и Стерлегова вёл свою деятельность на территории от Енисейского залива до Обской губы;
  3. Ленско-Енисейские отряды Минина и Прончищева, Х. Лаптева и Челюскина исследовал часть берега от дельты Лены до Енисейского залива;
  4. Ленско-Колымский отряд Лассниуса-Лаптева обследовал часть берега Северного океана от реки Анадырь до дельты реки Лены;
  5. Отряд Беринга и Чирикова изучал маршрут к Америке;
  6. Южный отряд под управлением Шпанберга установил перед собой задачу описать Курилы, побережье Охотского моря, доплыть до японских берегов;
  7. Академический отряд, в состав которого вошли учёные Петербургской академии наук, студенты Славяно-греко-латинской академии в Москве, геодезисты, рудознатцы и другие специалисты;
  8. Отряд П. Скобельцына и В. Шатилова должен был найти лёгкий и короткий путь от Верхнеудинска до Охотска. Причём путь не должен был проходить по Амуру, из-за опасности осложнений с империей Цин.

Ленско-Колымский отряд

Ленско-Колымский отряд Великой Северной экспедиции получил задание обследовать арктическое побережье России между Леной и Колымой. В случае выполнения этого задания отряд должен был двигаться дальше — до Камчатки. Планировалось, что экспедиция продлится два года.

Командир (1735-36) – лейтенант Пётр Ласиниус (участник Первой Камчатской экспедиции).
Командир (1736-1742) – лейтенант Дмитрий Лаптев (двоюродный брат Харитона Лаптева).

В мае 1735 г. в Якутске был спущен на воду бот «Иркутск», командиром которого стал лейтенант Пётр Ласиниус, до этого принимавший участие в Первой Камчатской экспедиции Витуса Беринга. В состав отряда входило около 50 человек, в том числе подштурман Василий Ртищев, геодезист Дмитрий Баскаков, штурманский ученик Иван Глазов.

В конце июня 1735 г. «Иркутск» под командованием Ласиниуса и дубель-шлюпка «Якутск» под командованием лейтенанта Прончищева вышли из Иркутска и направились вверх по Лене. Из устья Лены «Якутск» направился на запад, «Иркутск» — на восток.

Вблизи устья Лены отряд встретился с первыми трудностями — путь судну преградили льды. Попытки пробиться на восток не принесли успеха, и уже в середине августа судно встало на якорь в губе Буор-Хая в устье реки Хараулах. На берегу мореплаватели нашли пять старых якутских юрт, рядом с ними выстроили дом, в котором зазимовали.

Запасы провизии отряда были весьма ограниченными, поэтому с первых дней зимовки Ласиниус сократил паёк. Скудная пища (в основном солонина и сухари) и суровые погодные условия привели к тому, что многие участники отряда ещё до наступления зимы заболели цингой в тяжёлой форме. В декабре 1735 г. от цинги скончался Пётр Ласиниус, следом за ним умерли поручик Полубородов, геодезист Баскаков, ученик Глазов. К весне 1736 г. болезнь унесла 38 человек. Оставшиеся в живых девять участников экспедиции под командованием подштурмана Василия Ртищева летом 1736 г. вернулись в Якутск.

Узнав о трагической судьбе отряда, начальник Великой Северной экспедиции Витус Беринг отдал распоряжение сформировать новую команду бота «Иркутск». Отряд возглавил лейтенант Дмитрий Лаптев, его помощниками стали лейтенант Плаутинг и подштурман Щербинин.

31 мая 1736 г. отряд Лаптева на трёх дощаниках вышел из Якутска и по Лене добрался до мыса Быковского. Льды не позволили небольшим судам продвигаться дальше, поэтому Дмитрий Лаптев отправился в Хараулах, где зимовал «Иркутск». В конце июля на переоснащённом судне Лаптев вышел в море, через десять дней бот дошёл до места, где были оставлены дощаники с провиантом.

11 августа 1736 г. «Иркутск» отправился в очередное плавание, но пройти на восток судну вновь не удалось. К северу от мыса Буорхая на широте 73° 16′ мореплаватели встретили непроходимые льды, судну грозила опасность быть раздавленным ими. 14 августа Лаптев созвал совет, который, обсудив положение отряда, решил вернуться к устью Лены. На совете было принято и такое решение: «И на предбудущий год на море не выходить, понеже к проходу до реки Колымы и до Камчатки, по всем обстоятельствам, ныне и впредь нет никакой надежды».

Отряд остановился на зимовку в устье реки Борисовой. Зимовали в пяти юртах. Зимовка проходила сложно, цингой переболели почти все участники экспедиции, но смертный случай был всего один. Больных Дмитрий Лаптев лечил «кедровым стланцем», образцы которого он позже даже представил в Адмиралтейств-коллегию.

По окончании зимовки Лаптев отправился в Петербург, чтобы доложить о ходе экспедиции. В конце 1737 г. Адмиралтейств-коллегия приняла решение о продолжении работы всех отрядов Великой Северной экспедиции до тех пор, пока её цели не будут достигнуты. 27 февраля 1738 г. Адмиралтейств-Коллегия заслушала рапорт начальника Ленско-Колымского отряда Дмитрия Лаптева и рассмотрела привезённые им карты. Несмотря на заявление Лаптева о невозможности прохода морем от устья Лены до Колымы, ему было предписано продолжить поиски этого пути, а также провести сухопутное обследование берегов. Отряду было поручено особое внимание уделять устьям рек, промерять их глубины, делать съёмку берегов и устанавливать их пригодность для зимовки судов.

Вернувшись в Якутск, Лаптев занялся подготовкой к новому плаванию. Ранней весной 1739 г. из Якутска на реку Яну был направлен матрос Лошкин. Ему было поручено провести опись берегов от Яны до мыса Святой Нос, а затем вернуться в устье Лены. Одновременно на Индигирку с целью описи её берегов отправился геодезист Киндяков. В случае неудачи морского похода вокруг Святого Носа Дмитрий Лаптев планировал для продолжения экспедиции построить суда на Индигирке.

В июле 1739 г. отряд Лаптева по Лене вновь вышел в море. Выполнив опись губы Буорхая, экспедиция продолжила путь на восток. В течение нескольких дней судну пришлось продвигаться сквозь льды, затем оно вышло на чистую воду, а в начале августа подошло к одному из рукавов Яны. Удачно начавшийся поход едва не закончился трагически — северным ветром в устье реки нагнало мощный лёд, грозивший раздавить бот. К счастью, этого не произошло, и спустя несколько суток путешественники возобновили плавание. Во время вынужденной стоянки в устье Яны моряки занимались описью берегов реки и промером глубин.

В середине августа мореплаватели добрались до Святого Носа. Обрывистый каменный мыс был окружён льдами, но между берегом и полем льда обнаружился канал чистой воды, по которому «Иркутск» прошёл через пролив между морем Лаптевых и Восточно-Сибирским морем. Однако приблизиться к берегу судну не удалось. Лаптев несколько раз посылал на берег матросов на шлюпках, чтобы описать местность и найти гавань, в которой можно было бы укрыть судно. Две поездки на берег закончились неудачей — моряки на судно не вернулись.

В конце августа, когда судно находилось вблизи устья Индигирки, море начало замерзать. Во время шторма лёд взломало, и бот вынесло в море. К счастью, через несколько часов ветер сменил направление, судно направилось к югу и встало на якорь у восточного протока Индигирки. Отправленная на берег группа моряков обнаружила там своих товарищей, считавшихся погибшими, и доставила их на судно.

Приближалась зима, льды мешали завести судно в реку на зимовку. Запасы топлива подходили к концу, и Лаптев принял решение оставить судно и выгрузиться на берег. По рассказам геодезиста Киндякова, обследовавший Индигирку весной того же года, недалеко от места, где бросил якорь «Иркутск», находилось поселение Русское Устье. На нартах участники экспедиции добрались до этого селения и благополучно перезимовали. Лаптев отправил в Петербург рапорт и составленную им карту исследованных отрядом берегов.

Во время зимовки 1739—1740 гг. участники экспедиции продолжили обследование побережья. Матрос Лошкин прошёл с описью до реки Алазеи и по Голыжинскому протоку Индигирки, Щербинин и геодезист Киндяков описали восточное и среднее устье реки. Весной 1740 г. Киндяков произвёл опись берега от Алазеи до Колымы, Щербинин нанес на карту берега реки Яны, а сам Дмитрий Лаптев описал Хрому.

Карта похода Ленско-Колымского отряда
Карта похода Ленско-Колымского отряда. Белой линией обозначен поход 1736 г., красной – 1739–1742 гг., зелёной – походы по рекам

В июне 1740 г. Лаптев получил ответ Адмиралтейств-коллегии, в котором говорилось: «Исполнять, усмотряя по тамошнему состоянию с крайнею возможностию и ревностию, по наилучшему его рассуждению; а Чукотский Нос, ежели возможно, обходить водою; ежели ж, за препятствием от льдов, водою идти будет невозможно, то сухим путём». Отряд стал готовиться к продолжению плавания на восток.

В июле, прорубив канал во льду, моряки вывели «Иркутск» на чистую воду. Однако пришедший в движение взломанный лёд, подойдя к берегу, выбросил бот на мель. В течение двух недель участники экспедиции предпринимали попытки снять судно с мели, а затем ещё две недели ожидали, когда изменится ледовая обстановка. Лишь 31 июля экспедиция смогла продолжить путь. 2 августа моряки увидели остров, названный островом Св. Антония (сейчас — Первый Медвежий остров). 4 августа путешественники дошли до устья Колымы. Лаптев отправил в Нижнеколымск сообщение, в котором говорилось, что отряд продолжит плавание к Чукотскому Носу.

Однако уже спустя несколько дней «Иркутск» вновь оказался во льдах. Погода стала ухудшаться, шёл снег, количество льда заметно увеличивалось, и дальнейшее продвижение на восток стало опасным. 14 августа у берегов Большого Баранова Камня участники экспедиции единодушно решили вернуться на зимовку. 23 августа бот бросил якорь в Нижнеколымске. В октябре Лаптев отправил в Петербург отчёт о плавании и карту побережья между Леной и Колымой.

Во время зимовки, прошедшей без происшествий, сухопутные партии экспедиции обследовали верховья Колымы и путь от реки Ангарки до Анадыря.

29 июня 1741 г. Лаптев предпринял последнюю попытку пройти морем на восток. Ледовая обстановка не благоприятствовала плаванию, лишь 25 июля путешественники дошли до Большого Баранова Камня, где их вновь остановили льды. Для разведки безопасного пути для судна Лаптев выслал вперёд на двух дощаниках группу моряков под командованием штурмана Щербинина, однако лодки были раздавлены льдами, а их команда едва спаслась. Льды угрожали и «Иркутск», поэтому Лаптев принял решение вернуться к устью Колымы.

Карта похода Ленско-Колымского отряда

В распоряжении Адмиралтейств-коллегии руководителю отряда было предписано прекратить поиски морского пути, если два года подряд в одном и том же месте будут встречены непроходимые льды. 6 августа 1741 г. совет, собранный Лаптевым, принял решение не выходить в море в следующем, 1742 г. Отряд возвратился в Нижнеколымск, откуда в конце октября 1741 г. на 45 собачьих упряжках выехал в Анадырский острог.

Зимой 1742 г. путешественники совершили походы для описи реки Анадырь, а также побережья между устьями рек Анадырь и Пенжина. Осенью отряд вернулся в Нижнеколымск, а Дмитрий Лаптев выехал в Якутск, а затем по распоряжению А.И. Чирикова — в Петербург.

Работа Ленско-Колымского отряда была завершена. На карте России появились очертания восточного побережья Северного Ледовитого океана.

Пётр Ласиниус (???? – 1735)

Ласиниус родился в Дании в шведской семье, служил штурманом на судах в Швеции, обладал большим опытом в мореплавании. В связи с некомплектом штурманских чинов в русском флоте, 1 (12) октября 1725 года Ласиниус был принят на русскую службу капитаном 3 ранга Я. Сорокольдом в Готенбурге в чине поручика и жалованьем по 15 рублей в месяц. В отдельных источниках есть сведения о его участии в Первой камчатской экспедиции под началом В.И. Беринга, однако его функции в этом походе неизвестны.

В начале 1730-х годов вместе с Василием Прончищевым и Иваном Кошелевым состоял в комиссии «по экзаменации штурманов, подштурманов и штурманских учеников» в Кронштадте. До мая 1731 года служил на фрегате «Крейсер», затем был направлен в Ревельскую эскадру. До 1733 года исполнял должность штурмана на линейном корабле 1 ранга «Лесное».

18 (29) января 1733 года, согласно новому штату, записан в лейтенанты майорского ранга с назначением по личному желанию и требованию В.И. Беринга начальником Ленско-Колымского отряда Второй камчатской экспедиции. Его отряду предписывалось пройти от устья Лены к востоку до устья Колымы, а затем оттуда до устья Анадыри и далее до Камчатки. Формирование отряда Ласиниуса вместе с Ленско-Енисейским отрядом лейтенанта В. Прончищева проходило на реке Лене.

29 июля 1735 года, Ласиниус на двухмачтовом палубном боте «Иркутск» и Прончищев на дубель-шлюпке «Якутск», спустились из Якутска вниз по реке Лене. 2 августа суда разъединились. 6 августа бот «Иркутск» вышел в море Лаптевых и пошёл на восток, но 11 августа был остановлен льдами. Ласиниус дважды попытался пробиться через льды, но безуспешно. Несмотря на сравнительно ранее время года, он «за противным ветром, густым туманом, носимым льдом и великим снегом» принял решение вернуться обратно. 18 августа бот зашёл в устье реки Хара-Улах, в губу Буор-Хая, где отряд остановился на зимовку. Четыре человека были направлены в Якутск с рапортом Ласиниуса об окончании похода. Место зимовки Ласиниусом было выбрано неудачно, оно было низким и сырым, отрезано от продовольственных баз. Из плавника были построены барак для членов экипажа, кухня и баня. 16 сентября зимовье после сильных северных ветров в течение нескольких дней было затоплено поднявшейся водой из реки Хара-Улах. Стремясь сэкономить провизию, Ласиниус с первых дней зимовки, вдвое сократил рацион питания. Всё это привело к вспышке цинги. В отряде возникали конфликты между зимовщиками и назревал бунт. Члены отряда узнали, что унтер-офицер Б. Росселиус втайне торговал судовым запасом сухарей, кроме того допустил рукоприкладство по отношению к матросу, который отказался копать яму для хранения смолы. Команда потребовала от Ласиниуса суда над Росселиусом, но командир принялся защищать унтер-офицера. Командиру объявили «слово и дело», а командование отрядом предложили принять штурману Василию Ртищеву, но тот отверг предложение, понимая, что за участие в бунте ему, как помощнику капитана, грозит смертная казнь. Ласиниус остался командовать отрядом, унтер-офицер Росселиус арестован, а нормы питания были восстановлены.

Во время зимовки в отряде умерли от цинги 36 человек команды, в том числе командир отряда — П. Ласиниус, который скончался первым 19 (30) декабря 1735 года. Штурман Ртищев принял командование отрядом и нарочным сообщил о бедствии начальнику экспедиции капитан-командору В. Берингу. Весной 1736 года новый начальник Ленско-Колымского отряда экспедиции лейтенант Д.Я. Лаптев направил группу 14 человек во главе с подштурманом М. Щербининым для спасения оставшихся в живых 9 человек. Спасённые летом 1736 году были доставлены в Якутск, а затем в Охотск.

Лаптев Дмитрий Яковлевич (1701-1771)

Лаптев Дмитрий Яковлевич (1701 – 1767)

Дмитрий Яковлевич Лаптев родился в 1701 г. в селе Болотово недалеко от Великих Лук. В 1715 г. вместе с двоюродным братом Харитоном Лаптевым Дмитрий поступил в Морскую академию в Петербурге. После окончания Академии в 1718 г. он был произведён в гардемарины и начал службу на Балтийском флоте на кораблях Кронштадской эскадры.

В 1721 г. Лаптев получил чин мичмана, в 1724 г. за особые заслуги в морских науках он был произведён в унтер-лейтенанты. С 1725 г. молодой офицер нёс службу на судне «Фаворитка», плававшем по Финскому заливу. С 1727 г. в течение двух лет Дмитрий Лаптев выполнял обязанности командира фрегата «Святой Яков», а затем командира пакетбота, курсировавшего между Кронштадтом и Любеком.

Первое знакомство Лаптева с северными морями состоялось летом 1730 г., когда он совершил плавание в Баренцевом море на фрегате «Россия» под командованием капитана Барша. В 1731 г. Дмитрий Лаптев был произведён в лейтенанты.

Высокообразованный и хорошо знающий своё дело офицер Дмитрий Лаптев был замечен Адмиралтейств-Коллегией и внесён в список участников Великой Северной экспедиции. В июле 1735 г. Д.Я. Лаптев прибыл в Якутск. Ему было поручено провести караван небольших речных судов с имуществом экспедиции по Алдану, Мае и Юдоме как можно ближе к Охотску, построить склады, сложить в них грузы, а затем привести суда в Якутск. Лаптев успешно выполнил это задание, проведя суда до Юдомского Креста.

Первоначально предполагалось назначить лейтенанта Лаптева в отряд Беринга-Чирикова или в отряд Шпанберга. Однако в 1736 г., когда выяснилась трагическая судьба отряда лейтенанта Ласиниуса, было принято решение о назначении Дмитрия Лаптева новым командиром Ленско-Енисейского отряда.

В навигацию 1736 г. отряд под командованием Лаптева на боте «Иркутск» дошёл до мыса Буорхая. Встретив непроходимые льды, мореплаватели были вынуждены остановиться на зимовку. Вновь судно экспедиции вышло в море лишь в июле 1739 г., после того как Адмиралтейств-Коллегия приняла решение о продолжении работы отряда. В этот раз мореплавателям с большими трудностями удалось дойти до устья Индигирки.

Летом 1740 г. после окончания зимовки отряд предпринял новую попытку пройти морским путем до Чукотки. В середине августа возле берега Большого Баранова Камня путь преградили льды, продвижение дальше стало невозможным. Перезимовав в Нижнеколымске, отряд в последний раз попытался пройти морем на восток, однако и в эту навигацию не удалось обойти Большой Баранов Камень.

Хотя морская экспедиция под командованием Дмитрия Лаптева не увенчалась успехом, усилиями сухопутных групп удалось описать значительную территорию от устья Лены до Анадыря. Благодаря работе Ленско-Колымского отряда на генеральной карте России, составленной по итогам Великой Северной экспедиции в 1746 г., появились очертания береговой полосы вдоль северной окраины Сибири.

Вернувшись в 1743 г. Петербург, Дмитрий Лаптев представил в Адмиралтейств-Коллегию рапорт о работе отряда, карты, а также докладную записку о состоянии народностей, живущих на крайнем северо-востоке России. В этой записке он высказал свои соображения о распространении грамотности среди местного населения Севера и призывал послать туда учителей и священников. Им была также высказана озабоченность состоянием природных богатств края. В этой же записке Лаптев предлагал поощрять судоходство по Лене для обеспечения жителей низовий Лены, Яны, Индигирки и Колымы предметами, необходимыми в домашнем обиходе, для охоты и рыболовства.

Ещё во время Великой Северной экспедиции Дмитрий Лаптев был произведён в капитаны 3-го ранга и по возвращении в Петербург назначен советником управления Адмиралтейств-Коллегии, ведавшего верфями, зданиями и иными сооружениями, принадлежавшими флоту.

С 1746 г., продолжив службу на Балтийском флоте, Лаптев командовал разными судами («Святой Иоанн Златоуст», «Святой Иоанн Златоуст второй», «Святой Николай»). Он принимал участие в строительстве морского порта в Кронштадте, а осенью 1751 г. был назначен секунд-интендантом этого порта. В Кронштадте Дмитрий Яковлевич организовал школу для обучения детей мастеровых.

В 1757 г. Дмитрий Лаптев был произведён в контр-адмиралы и назначен младшим флагманом Балтийского флота.

В 1762 г. в чине вице-адмирала Дмитрий Лаптев «за старостию и болезнью» был уволен со службы. Он поселился в небольшом поместье под Великими Луками, поддерживал добрые отношения со многими участниками экспедиции, многим помогал материально. Узнав о тяжелом материальном положении семьи Алексея Ильича Чирикова, он подал прошение на имя императрицы, а в обращении в Великолукскую провинциальную канцелярию и к директору банка ходатайствовал о перечислении своей адмиральской пенсии в счёт погашения долга Чириковых.

Дмитрий Яковлевич Лаптев умер предположительно в 1771 г. и был похоронен на местном кладбище.

Именем Дмитрия Лаптева назван пролив между материком и Новосибирскими островами. В память о братьях-мореходах море между Новосибирскими островами и Таймырским полуостровом носит имя Лаптевых.